caballo_marino | Я их боюсь

С раннего детства боялась всего неживого, притворяющегося живым, и живого, притворяющегося неживым. Манекены, чучела зверей и птиц, клоуны (лицо как маска)… От всего этого меня бросало в дрожь. Чудилось, будто какая-то мерзкая нежить таким способом делает намеки на равноценность, взаимозаменяемость живого и неживого. Что-то в этом роде. "Я предлагаю смелый план возможных сезонных обменов: мы, люди,- в их бездушный клан, а вместо нас - манекенов..."

Страшно неприятное чувство.

Со временем я, конечно, от этих страхов почти избавилась. Хотя в детском отделе московского книжного на Новом Арбате мне, помнится, резко поплохело. Этот креатив меня как-то врасплох застал. Но все равно чувству, охватившему меня при виде чучел на полках с детскими книжками, было далеко до былой яркости.

В общем, я думала, что страхи остались в прошлом.
Но через много лет они меня все-таки настигли.

Реборны.

Все или почти все уже видели, конечно, этих кукол, дорогие игрушки для взрослых, представляющие собой «точные копии живых младенцев» (на самом-то деле – точные копии мертвых младенцев), в последнее время набирающие популярность. Им покупают настоящие одежки в детских магазинах, настоящие кроватки и коляски, называют покупку куклы «усыновлением», умильно описывают на форумах радость «счастливой мамочки чудесного малыша», возят их на прогулки, празднуют им дни рождения – с тортами, шариками и подарками… Многие возмущаются инфантильностью женщин, заводящих себе это вместо живых детей, и называют этих кукол очередной дьявольской выдумкой чайлдфри. «Женщины уже не хотят рожать детей, а тем более усыновлять сирот, но природу не обманешь. Подавляемый на протяжении многих лет абортивным и контрацептивным мышлением и вообще антисемейным воспитанием, материнский инстинкт выливается в такого рода патологию…» И все мимо – не говоря уж про чушь вроде «абортивного и контрацептивного мышления», у большинства владелиц реборнов есть и настоящие дети, а вот чайлдфри вроде меня завизжало бы и убежало, увидев такое :)) Инфантилизмом-то меня не напугать, и то, что «взрослые бабы играют в куклы вместо того чтобы…», меня само по себе не раздражает. Но я как-то не вижу тут игры, условного оживления игрушки силой воображения – и для воображения при таком натурализме мало что остается, и грань с реальностью как-то уж слишком расплывается, и… В общем, мне тут видится не столько оживление пупса, сколько символическое умерщвление младенца. «Не расти, дитя мое, что в том толку…» Это не игра, это какое-то эрзац-материнство. Впрочем, сами реборнофанатки, по крайней мере, некоторые из них, чуть ли не считают настоящих детей эрзац-реборнами! «Женщины, у которых есть реборн, хвастаются, что им досталась лучшая часть материнства», – пишут в статьях. И вот не знаю, права ли я, в конце концов, я очень далека от предмета, но мне кажется, этот не слишком все-таки распространенный сдвиг в мозгах что-то говорит о современной концепции материнства. Что-то нехорошее. Хотя я не готова это сформулировать. И от сюсюканий на форумах (сходила пару раз по ссылкам - на свою голову) о том, как мамочка любит и балует свою виниловую Оленьку или Кирюшу, меня бросает в дрожь еще хуже, чем от вида самих чучелок. И, как все страшное, это и отталкивает, и в то же время притягивает каким-то болезненным любопытством.